Мой учитель математики...

Мариф Кадимов -> Всем
Мой учитель математики...

      Суровые послевоенные годы. Маленькие села, разбросанные по горам Южного Дагестана. Чем выше аул, тем острее чувствуется нехватка умеющих писать, читать и считать, а также тех, кто учит этому. Используется любая возможность для решения этих проблем. Двоих учеников – отличников, закончивших Джабинскую семилетку, отправляют учительствовать выше, в соседнее село - Ухул.  Одного – учителем русского языка и литературы,   другого – учителем математики.
Так началась трудовая биография моего учителя Алиева Али Усмановича, который учил нас математике в Джабинской СШ во второй половине 60х – начале 70х годов.

d2b5945446eb5bee1702a42b07e56012.jpg   Фото: Учительский коллектив Джабинской СШ, 1968 год, Али Усманович- слева первый, сидит.

     Али Усманович был невысокого роста, смотрелся худым, болезненным человеком. К этому времени, у него была большая семья, он стал отцом семерых детей. Чтобы их прокормить, ему приходилось целые дни проводить в школе, вести много уроков. К своей работе он относился с большим уважением, к каждому уроку готовился тщательно, его поурочные планы и конспекты состояли из толстых, сплошь исписанных общих тетрадей.  На занятиях он их, почти не открывал, хотя в них находились подробнейшие решения рассматриваемых задач. Каждый год он их писал заново, никогда не пользовался прошлогодними конспектами. Когда коллеги выразили непонимание этого, он в шутку возражал: смотрите на меня, я разве могу пахать в поле или пасти баранов в горах? Преподавать, учить детей – это единственное, на что я способен, вот поэтому и стараюсь! И смеялся долгим, прерывистым смехом. Кстати, почему-то ему никогда не бывало смешно от чужих шуток, но зато над своими - смеялся от души.
Коллеги его уважали, с некоторыми из них у него были доверительные, дружеские отношения. Иногда он казался скрытным человеком, на деле он просто не допускал в своих отношениях с окружающими излишнюю слабость или панибратство. Только в узком кругу близких друзей Али Усманович позволял себе расслабиться и раскрыться. Здесь он мог и сто грамм пропустить, и песенку спеть, и рассказать какой-нибудь прикол от своего большого семейства и до упаду смеяться с друзьями. Но особенное место в его жизни занимали регулярные прогулки с друзьями до Сирар и обратно. Сирар – это место за селом километрах в полтора от него, где открываются красивые виды на горы Шалбуздаг и Гетинкил, на Самурскую долину. Там располагалось единственное в округе большое поле, которым пользовались как площадкой для игры в футбол, волейбол, служило полигоном на уроках по вождению трактора и т.д.   Чтобы добраться туда, приходилось пройти мимо сельского родника и потратить прогулочным шагом минут двадцать. Пацаны по этому маршруту шли на Сирар играть футбол, более взрослая молодежь гуляла по нему, чтобы, проходя мимо родника, присмотреть себе невесту. А для Али Усмановича и его близких друзей - учителей прогулки до Сирар и обратно были как разрядка после тяжелого рабочего дня. По пути они обменивались новостями, говорили о науке, политике, ...
По отношению к ученикам он был довольно строгим учителем. Получить хорошую оценку у него было непросто. Для текущих отметок у него была своя система кодировки. Правда, дети ее давно расшифровали, но он упорно продолжал ею пользоваться. А контрольные он оценивал по стандартной пятибалльной системе.
...Январь 1968 года был холодным и снежным. В том году я учился в седьмом классе. На зимние каникулы поехал в Махачкалу погостить у родственников. Из-за морозов автобусы не регулярно ездили в районы, и я не смог вернуться вовремя. Пропустил занятия в школе, в том числе и по математике. Так получилось, что Али Усманович прошел с нашим классом новый раздел, и я попал на заключительную контрольную работу по нему. Естественно, никаких знаний по новой теме у меня не было. Но я досидел до конца урока, написал условия задач и, стараясь как-то выйти из положения, кое-как написал и сдал работу. На следующем занятии Али Усманович раздавая тетради, тут же, объявлял отметки. Когда очередь дошла до меня, он объявил, что я получил ...пятерку! Я чуть с парты не упал, какая там, к черту, пятерка. Тем более, от Али Усмановича. Здесь, хотя бы, тройку получить. А в это время, Али Усманович сделал паузу, окинул взглядом сидящих в классе, затем, глядя мне в глаза, громко добавил: авансом! И на фоне ничего не понимающего класса громко посмеялся своим стандартно - длинным и прерывистым смехом.  Затем отдал мне тетрадь, где красным цветом были вычеркнуты результаты моих жалких трудов, тем же цветом выписаны правильные решения всех задач, а снизу на меня «издевательски» смотрела большая и жирная пятерка... Мне ничего не осталось, как ближайшие несколько дней напрячься и изучить  пропущенный раздел. Учебники в то время были хорошие...
Со временем, в школу стали возвращаться выпускники, получившие высшее образование в столичных вузах. Али Усманович сокрушался, что, с его точки зрения, не самые лучшие ученики выбрали профессию учителя, старался присматриваться к работе молодых коллег и, по возможности, помогать им.
Но, к сожалению, жизнь во все вводит свои коррективы. Все чаще возраст Али Усмановича стал напоминать о себе. Он ушел на пенсию. Дети его тоже обзавелись семьями и разъехались, кто-куда. Старший сын, видя, что жизнь в окружении сельского быта для матери с отцом становится все более тяжелой, решил родителей забрать к себе в город. Но городскую жизнь Али Усманович решительно не принял. Он настоял на том, чтобы вернуться обратно в село. И вот, через год, на обратном пути, не успев доехать до селения, в районном центре Ахты, Али Усманович скончался...
Как позже рассказывал старший сын, незадолго до смерти он говорил, что многое отдал бы за то, чтобы еще раз пройтись по маршруту до Сирар в окружении своих друзей – учителей... Друзей, которых, по большей части не было к тому моменту в живых...  
Этим летом я побывал в селении, прошелся по любимому Али Усмановичем знаменитому джабинскому маршруту «школа – Сирар». Мощным потоком хлынули на меня сельские воспоминания. В этом потоке особым светом доброты и человечности выделялись воспоминания, связанные с Али Усмановичем. Ведь та самая жирная пятерка от него, несмотря на свою «незаслуженность», оказалась для меня   одним из самых дорогих в жизни подарков. Ибо, что может быть дороже, чем доверие, вера в тебя, исходящие от твоего учителя? А с другой стороны, она запустила во мне некий механизм, заставляющий критически относиться к своим результатам, всегда напоминающий о том, что пятерка–то  может оказаться незаслуженной.
Достойную жизнь прожил Али Усманович. Пусть Аллах упокоит его душу.


Фото:
*
 
*