Воспоминания об ашуге

Ашуг Нуьсрет (<------нажмите здесь!)

ЗИЛФИ ДИДЕ

      c411780111afdd11df0af0f16bd305c3.jpg Мусади куьгьне кьуларикай къуншияр к1ват1 хьайила ацукьдай чка туьк1уьрна. Зилфи дидедиз и туьк1уьрай чка пара кубут  акуна. «Я чан къунши, вуна и авур к1валах са кьас рик1 гутуна вучиз ийидач? Им вуч тахт я, вуна туьк1уьрайди «Собакевичан мебел» хьтин, ацукьайла я кьулухъ ц1уьдгъуьнда, я вилик!...» - лагьана ада. «Зилфи вах, а «Собакевичан мебел» вуч лагьай ч1ал я?» - хабар кьуна къвалав акъвазнавай къуншидин паб Тамаради. «Тамара, накь зи итимди ч1ехи классда к1елзавай аялриз Николай Гоголь лугьудай урус писателдикай  тарс гьазурзавай. Итимди ада кихьенвай ктабар к1елиз эгеч1нава, вичиз гзаф аяр акур чкаяр зазни таржумзава. Ваз за вуч лугьун, адан са ктабда къалурнавай инсанрин къилихар акурла за фикирна, белки а Гоголь чи патарихъни атайди ят1а?! Ктабда, кубут крар акъатдай Муса хьтинбурукай - Собакевич т1вар гана кихьенва, Керем хьтин мискьибуруз – Плюшкин лагьанва, гьарамзада хесетар квай Эминаз – Ноздрев т1вар ганва, ва ик1 мад!» Ихьтин эхтилатар Зилфи дидедихъ галаз къуншийрин арада мукьвал-мукьвал жедай.Са бязибуру суьгьбетрилай кьулухъ – чпин къилихрикай, уьмуьрдин дуламра чеб гьик1 тухванат1а ва я гьик1 тухузват1а фикирдай...
Къуни-къуншийри, танишри Зилфи дидедиз пара гьуьрмет ийидай. Гьуьрметдин себебрикай сад  - ада дуньядикай, инсанрикай  дерин ва тек са вичиз хас тир кьет1ен къайда фикир авун тир. Мадни, парабуруз адан четин уьмуьрдин рекьикайни хабар авай...
Зилфи чубандин руш тир, адан аял вахтар гатуз яйлахра, хъуьт1уьзни къишлахра акъатзавай. Хуьре школа ахъа хьайила, чкадал алай гзаф хзанрин аялривай Ватандин ч1ехи дяведин ц1ай куьк1уьдалди 6-7 класс акьалт1ариз агакьна. Зилфидин рик1 гьикьван к1елунихъ галайт1ани, адавай яйлахринни, хуьруьнни, кьишлахрин арада к1елиз агакьайди вири 2 класс хьана. Адан жегьилвал дяведин четин йисарал гьалтна. А йисарин «т1ям» Зилфидиз лап рик1ивай чир хьана, адаз акур крар – «окопар» эгъуьн, ветегада балугъар кьун, хуьре гъилелди рехъ кутун («Комсомол дулам»), комсомолдин член яз мукьвал-мукьвал «марш-бросокар» авун хьана.
Дяве куьтягь хьайи кьве йисалай Зилфи, кесиб ва ч1ехи хзандай тир гададиз гъуьлуз гана. Яшар агакьнавайт1ани, гадади гьеле муьжуьд лагьай классда к1елзамай. Савадлувилин мана югъ-къандавай хкаж жезвайди инсанри кьат1анвай. Зилфиди, вич к1елиз агакьначт1ани, адахлудин к1елунин рекьиз жезмай кьван маний тежервал авуна. Итимдилай к1валин, хзандин гзаф везифайрин пар алудна, вичи са шумуд йисуз адан ч1ехи хзандихъ галаз санал девирдин гзаф четинвилериз дурумна, гьакъисагъвилелди кьил хвена. Итимди школани кьве йисан урус ч1алан учителрин курсар акъалт1ар авурдалай кьулухъ, Зилфи, школада к1валахдал хьанвай юлдашдихъ галаз, са шумуд йисуз Азербайджан пата хьана. Гуьгъуьнай итим вичин пабни аялар галаз урус ч1аланни литературадин муаллимвал ийиз вичин ватандиз - дагъдин хуьруьз хтана.
Зилфи вичин юлдашдиз, адан к1валахдиз еке гьурметдивди килигдай. Ада гьина аваз хьайит1ани, инсанриз, къуни-къуншийриз вичин юлдашдин к1валахдихъ са аялар патал ваъ, вири жемят патал еке мана авайди къалуриз алахъдай. Зилфи вичизни еке зигьин ва рикIел аламукьунин бажарагъвал авай кас тир. Школада къачуз тахьай чирвилер, ада, кьуд аялдин дидеди, к1вале, вичин юлдашдин куьмекдалди вахчуна. Гьа ик1, итим тарсариз гьазур жедайла Зилфидини адахъ галаз шериквалдай: вич литературадин эсеррихъ галаз таниш жедай ва гьа са ч1авуз, ада юлдашдиз ктабра гьалтзавай къилихар уьмуьрдин рекьера гьалтзавай инсанрин къилихрив гекъигиз, дуьз веревирдер ийиз куьмекдай. Гьелбета, и к1валахдин къимет муаллимди  тарсара аялриз «хъсан – пис» чирунин рекье, гзаф екеди тир.
Са сеферда Зилфиди къуншияр к1ват1 хьанвай чкадал урусрин машгьур писатель Салтыков – Щедрина кихьей «Пара акьуллу пескарь (Премудрый пескарь)» т1вар алай мах ахъайна. Мах к1изридикай тир. Адаз вирида акьуллуди лугьузвайт1ани, амма вич ахмакь к1изри тир. Ада вичин уьмуьр вац1ун агьалийрикай кич1ез, югъ-йиф вичин т1еквенда акъудна. Т1еквендай экъеч1айла ч1ехи к1изрийри вич неда лугьуз, гьич эвленмишни хьанач. Адаз яргъи уьмуьр хьана, амма гьак1ан буш уьмуьр! Рекьидай кьилихъ, к1изридиз вичин уьмуьрдай рик1ел хкун патал са лайихлу карни гьатнач!»
«Чан къуншияр, - лагьана эхирдай Зилфи дидеди, заз чирвал куьн и мах кихьей касдиз вуч лугьуз к1анзават1а, гъавурда акьуна жеди. Эхь уьмуьр са багьа шей я, ам и к1изридин уьмуьрдиз ухшар, кана-кьена лугьуз акъудун дуьз туш. Уьмуьрдин яргъивилиз килиг тавуна чна и дуьньяда гел туна к1анда. Гьич тахьайт1а, са гъвеч1и гел! Пакад юкъуз адал масадбур ацалтун хьайит1а, чаз алхиш гъидай гел!»
Зилфи дидеди тухвай уьмуьр   дагъдин серт рагарай кутунвай гуьт1уь жигъирдиз ухшар хьана. И жигъирда адал вуж гьалтнат1ани, нихъ галаз рекьин юлдаш хьанат1ани, ада вичин инсанвилин дережа вине авайди къалурна ва адакай хъсан насигьатчини хьана. Гьа ик1, Зилфи дидеди гзаф инсанрин рик1ера гел туна. Вичиз женнет кьисмет хьурай.

Считалочки

74dae0ddc1cabef4fc51c0227b0f45c7.jpg
                                                                         
                                                 Роза-мимоза и мак – это я,
                                                Может, чужая, а может, твоя.
                                                Не обращайся со мною небрежно,
                                     Только с любовью – то страстно, то нежно.
                                                               (Роза Горшкова)

      Старший сын дяди Бекира  достиг возраста, когда следовало бы ему жениться. Гасан, так его звали, уже закончил  институт, скоро начнет  работать. Но он  до сих пор  не ставил вопрос своей женитьбы ни перед собой, ни перед родителями. Может,  не встретил достойную кандидатуру, спросите Вы?  Нет, красивых и умных девочек он встречал много, но о женитьбе пока просто не думал.  Гасан сильно любил и уважал своих родителей и  поэтому считал, что, когда наступит час, решение вопроса выбора невесты -  важнейшего в его жизни вопроса, он предоставит им. Ну, на худой конец, попросит их принять существенное участие в решении этого вопроса.                                                          
     Так вот, приехал Гасан в село к родителям с дипломом о высшем образовании.  До того, как приступить к работе, у него был месяц отпуска. Приезд ребят, претендующих на звание «завидный жених», к коим  с некоторых пор относился и Гасан, добавляло, в обычно спокойную, размеренную сельскую жизнь, массу позитивных эмоций и ожиданий. В такие дни на дороге к сельскому роднику заметно  растет число нарядных и веселых девушек с кувшинами за плечами, особенно тех, кто на выданье.  
     С приездом Гасана  сельчане стали интересоваться у  дяди Бекира и его жены, когда же они собираются  его женить.  «Да, - говорил Бекир,- дальше тянуть уже некуда. Институт он уже окончил  и на военных сборах  успел побывать». «Пора, пора » – участливо отвечали ему соседи и знакомые.  
В один из вечеров отец с матерью подняли эту тему при  сыне. Гасан  сказал отцу, что для него мнение родителей выше всего, поэтому он думает жениться по их рекомендации. «Ма ша Аллах,- подумал Бекир,- сын у нас вырос воспитанным!»   Конечно, такое решение сына для родителей было ожидаемым. Мало того,  длинными  зимними вечерами они не один раз обсуждали этот вопрос. Они перебирали родственников каждой из потенциальных невест их сына до третьего колена. Но, как говорят в народе, если долго копать, то всегда можно что-нибудь найти. Так и здесь, в каждом роде нашли что-то такое,  после чего он уже не рассматривался. Пристрастный поиск родителей  привел к тому, что среди сельских девушек, «достойной» кандидатуры для их сына не нашлось. Бекир с женой решили круг поиска расширить, включив туда и соседние села. А тут  они вспомнили, что сосед Махмуд говорил недавно, что в селе … у мастера по пошиву овечьих шуб есть дочь –  красавица на  выданье,  недавно закончившая школу. В последний год уже на нескольких девушках из этого села,  сильных, способных выполнять любую работу по хозяйству  женили наших ребят. Но Махмуд говорил, что к дочери мастера кто-то сватался, правда,  безрезультатно. Говорят отец у нее своенравный, не всякие женихи его устраивают.  Муж с женой, недолго думая, решили завтра же поехать к мастеру. При этом заявили во всеуслышание: «Куда они денутся, выдадут за нашего Гасана, такие женихи на улице не валяются!»  
     Утром следующего дня, Бекир с супругой взяли купленное загодя золотое кольцо, принарядились, сели в УАЗик  Махмуда и отправились в соседнее село. По дороге зашли в сельский магазин и купили килограмм самых дорогих конфет. Махмуд знал дом мастера, поэтому прямо к нему и подкатил. Дверь во двор мастера была открыта, заметив там хозяина дома, Махмуд с порога поздоровался. «Ассалам алейкум, уважаемый….! Гостей не ждете?»– спросил Махмуд. «В моем доме гостям всегда рады!» – ответил мастер. За Махмудом зашли и Бекир с супругой. Жена мастера завела домой супругу Бекира, а мужчины остались во дворе. Погода была хорошая, поэтому решили посидеть под виноградником. Пока говорили о том, о сем, дочка мастера быстро накрыла на стол, налила чай гостям. Еще не успели подать кушать, как хозяин встал, подошел к шкафу, вытащил бутылку коньяка, разлил в две рюмки, посмотрев на Махмуда, сказал: «Прости дорогой, но ты сегодня за рулем!». Бекир с некоторым неодобрением посмотрел на коньяк, но промолчал. Мастер взял рюмку и со словами: «Поехали, что ли?», чокнулся с Бекиром и выпил до дна. Бекир едва коснувшись губами рюмки, поставил ее обратно. Он что-то буркнул насчет того, что ему нельзя пить. Мастер посмотрел на него и сказал :« Бально-о-о-й значит… да, да, понятно… » А  сам изобразил такое недовольство, что лицо его стало темнее тучи. И, уверенный в том, что это клиент пришел заказать шубу, сказал: « Ладно, перейдем к делу. Кому шьем? Шкуры свои?». Бекир, разобравшись в чем дело, ответил в духе, что, в-общем, то он пришел по другому поводу. «Видите ли, мы хотели бы взять вашу дочь за нашего сына». «Да? – удивился он, а где сын, а что сын? – сказав это посмотрел по сторонам,- Может он меня поддержит?  Сын что, тоже не пьет?» «Нет, не пьет и не курит! Он у меня примерный, с высшим образованием, все пять лет учился на одни пятерки!» – Бекир хотел произвести впечатление на мастера. «Так, так, учился говоришь? На одни пятерки?... Небось все пять лет общался только с книгами?» «Да, так и есть!» «Да ты понимаешь, мне зять нужен, зять! О чем я  буду говорить с твоим сыном, если он всю жизнь общался не с людьми, а с книгами, о каких приключениях он мне будет рассказывать, если он не отрывался от них ни налево, ни направо? Что он видел в этой жизни, если он не знает запаха сигареты? Какой из него зять, если, наконец, не сможет со мной сто грамм выпить? Нет дорогой, мне такой зять не нужен!»  Бекир почувствовал себя, как будто его облили холодной водой. Он резко встал и направился к калитке. С ним встал и Махмуд, который сделал знак дочери мастера, чтобы та вызвала супругу Бекира. Через пять минут их машина, сопровождаемая пыльным шлейфом, на хорошей скорости  преодолевала трассу в обратном направлении. Доехав до поворота, с которого начинался подъем в сторону села, они остановили машину, помыли руки и лицо у холодного родника, освежились, что частично сняло стресс от общения с мастером. Затем машина стала медленно подниматься по горному серпантину, обдавая лица пассажиров горным воздухом из  открытых окон.  Бекир, с трудом  пряча свою обиду, обдумывал еще раз нелепую ситуацию, в которую он попал. Вначале он искал виновных вне себя и, чуть ли не обвинил в случившемся Махмуда. Затем, подумав, понял, что главный виновник он сам. На самом деле, почему он не взял с собой Гасана? Может надо было Гасану встретиться с девушкой и лишь затем родителям ехать к мастеру. Может, надо было вначале отправить кого-нибудь на разведку, ну, хотя бы, того же Махмуда?
        Людям решили сказать, что они передумали женить Гасана на дочери мастера. Бекир согласовал эту позицию и  с Махмудом. А особо любопытным сказали, будто у мастера были посторонние люди и они, даже, не стали поднимать вопрос  женитьбы сына.
  После некоторых раздумий Бекир с супругой успокоили себя выводом, что дочь мастера не достойна их сына, поэтому  хорошо, что им отказали. ( Как говорят  психологи, если ты не можешь влиять на ситуацию, то измени свое отношение к ней!)   Столько разных доводов Бекир с супругой приводили друг другу  в пользу этого! Вспомнили, что и образования у нее нет, да и молодая,   зеленая еще, и культуры никакой, что у отца, что  у нее и т.д. и т.п. В конце концов, от мысли о дочери мастера ничего не осталось….  Но зато на ее месте созревала другая мысль, и, соответственно,  другой план. Решено было, что их воспитанного, образованного сына необходимо женить на городской (а значит и культурной, как казалось Бекиру с супругой), богатой, но обязательно с сельскими корнями. Вспомнили о бакинских родственниках, которые обычно летом приезжали в село на отдых  на крутых иномарках.  Когда Гасан еще ходил в школу, а сын бакинцев, старше Гасана на 3-4 года, приходил играть с ребятами в футбол на поле на окраину села.  В красивом спортивном костюме и таких же кроссовках, своими городскими манерами он выделялся среди сельских ребятишек. Была у них еще девочка, моложе брата, бойкая такая. Она все время ходила с братом, а когда он с ребятами играл в футбол, азартно болела за него. Когда родители вспомнили про бакинских родственников, детские воспоминания теплом отозвались и в душе Гасана. Сколько же лет прошло, думал Гасан, много воды утекло с той поры. Он был прав, парень тот  окончил институт и уже делал карьеру в каких-то властных кабинетах. А девочка та, вышла замуж и уже успела родить ребенка. Ну, это все так, к слову.
Бекир достал номер телефона Гаджи - одного из своих троюродных братьев, проживающих в Баку, которые уже много лет как не появлялись в селе. Последний раз, он его видел на свадьбе родственника в Каспийске, два года назад. Вечером Бекир  позвонил родственнику. После традиционных взаимных приветствий и расспросов о здоровье всех близких с бакинской и сельской стороны, Бекир  упрекнул брата, что они близкие родственники, хоть  раз в год могли бы видеться.  А затем многозначительно намекнул, что, если  они помогли бы своим детям связать  судьбы, то возможно чаще стали бы встречаться. Ну и так далее. Наконец, он открытым текстом сказал, что его сын закончил учиться и стоит вопрос его женитьбы, он будет очень рад, если ему помогут познакомиться с одной из троюродных племянниц. На что бакинец ответил, что он очень уважает Бекира, но такие вопросы по телефону не решаются. «Пусть Гасан  как – нибудь приедет к нам, знакомство с племянницами я обещаю, а там, как Аллах даст…» - ответил он. Ответ Бекиру понравился. Он, долго не думая, начал настраивать сына на поездку, на завоевание руки и сердца виртуальной бакинской красавицы. Бекир, после ситуации с «шубных дел мастером», решил отправить сына одного. Единственный человек, кому он доверял и с кем он поделился этим, был Махмуд. Узнав о предстоящем бакинском походе Гасана, тот предупредил Бекира: «Смотри, наши сыновья, как правило,  становясь бакинскими зятьями, укрепляются в статусе зятя, теряя  при этом статус сына!»  
       Номер телефона бакинского родственника Бекир дал сыну, чтобы тот перед поездкой созвонился с ним. Гасан сказал отцу, что ему прежде надо на несколько дней съездить в Махачкалу, найти квартиру, перевезти туда вещи из общежития, отдать кое-какие документы по месту будущей работы. «Затем, - сказал он, - приеду и из села свяжусь с Баку». А сам, на следующий день позвонил  Гаджи и поехал  в Баку поездом через  Дербент.
       Звонок Гасана дяде Гаджи  привел в движение всю бакинскую родню. У каждого из трех братьев была дочь. По большому счету, любая из них могла претендовать на роль невесты Гасана. Весть о приезде потенциального жениха среди их мам, бабушек, тетушек,… распространилась мгновенно. Родственники между собой договорились принять Гасана дома у старшего брата. Решили придать приему самый высокий статус, т. е.  накрыть столы самой дорогой посудой, приготовить лучшие блюда, составить программу тостов и т.д.  Было даже предложение пригласить певца из филармонии, но в последний момент, почему-то  отменили.
       Стороннему человеку трудно было понять все это. Конечно, не каждый день появляются молодые люди, с объявленным наперед статусом «жениха»! Но только зачем такая суета, будто принимают премьер-министра какой-то страны? Достаточно было бы познакомить молодых между собой. Попытка бакинской диаспоры угодить собственному тщеславию перешагивала все мыслимые границы. Было такое чувство, что поставлена цель  довести  слух о замечательном вечере до самого родового села. Все это смотрелось смешно, если не сказать грустно.   Наверное, только сведущий в тонкостях взаимоотношений внутри  бакинских диаспор, местный обыватель мог бы дать всему этому какое-либо разумное объяснение.
Поезд, которым ехал Гасан, прибыл в Баку рано утром.  Он  решил погулять по утреннему городу, зашел в кафе на набережной, попил чаю, отдохнул. Но его не оставляло чувство какого-то внутреннего напряжения. Он знал, что ему  придется знакомиться с  новыми людьми, наверняка, настроенными искать в нем какие-то свои ожидания. Гасан никогда не гостил в бакинских домах, не знал, как надо вести себя с их обитателями. Его скудные представления о бакинских нравах  были связаны с теми детскими воспоминаниями, о которых мы говорили выше.
       Ближе к обеду он купил  коробку конфет, бутылку шампанского, сел на такси и поехал по адресу. Нажимая на дверной звонок и вспомнив слова Махмуда, сказанные   перед отъездом, он улыбнулся….                                                                                                                                      
       Дверь открыл мужчина  лет пятидесяти  приятной внешности. Он  пригласил Гасана зайти, обнял его, помог снять его легкую осеннюю куртку и представился как Гаджи – старший дядя.   Пакет с гостинцами он передал путавшейся под ногами девочке лет 6-7, которая тут же громко сказала: «А где цветы?». «Промах №1», - промелькнуло в голове у Гасана».  Гаджи, чтобы  снять неловкость момента,  завел племянника внутрь квартиры и сразу начал с расспросов о  родителях, селе и т.д. Затем он завел разговор об учебе, недавней службе на военных сборах, о будущей работе. Тут подошли  остальные дяди, их жены и  дети. Дядя Гаджи представил их всех по одному и, ближе к концу, пошутил, пригласив оставшихся детей, что он их представит «оптом».
       Затем пригласили за большой, круглый стол и подали чай. Бросалось в глаза обилие красивой посуды с различными сладостями и вареньями, а также различные блюдца – одни  к  стаканам для чая «армуд», другие к этим же стаканам, только для варенья, третьи для косточек варенья, четвертые для выпечки…  В-общем, Гасан запутался и перестал понимать назначение остальной посуды. Хоть он несколько раз напоминал себе, для чего он сюда приехал и пытался, даже зацепить взглядом кого-нибудь из девочек,  каждый раз,  под давлением обстановки, скатывался на  самоконтроль. И к тому времени, когда он выпил стакан чая, промахов,  на которых он сам себя поймал, было уже больше пальцев одной руки.  Среди них – откладывание косточек от кизилового варенья не в то блюдце и две неудачные попытки взять кусок сахара специальными щипцами.  После первой попытки -  кусок сахара оказался под столом. После второй, удачной попытки – сахар,  который, все-таки, попал в стакан,  перекочевал туда с остановкой на поверхности стола и то, благодаря послушным пальцам Гасана.  «Удивительно, но никто этого не заметил?! Тьфу шайтан, видать в этом доме все читали Чехова!» – злясь больше на себя, чем на них, подумал Гасан.  
       Потом был обед, за которым и ему налили рюмочку коньяка. Да, того самого, французского «Наполеона»! Гасан тихо предупредил дядю Гаджи, что он вообще-то не пьет, но ради сегодняшней встречи выпьет одну рюмку. После  вступительной речи Гаджи дал слово  племяннику. И, когда Гасан поднялся с рюмкой, на него пристально смотрели 16 пар глаз. Он сухо, без лишних слов поблагодарил родственников за теплый прием, выпил свою рюмку и сел. По реакции женской половины и некоторых представителей мужской части было видно, что кое-кто здесь испытал явное разочарование и  даже не пытается его скрывать. Видать, ожидали услышать тост  в стиле «аля Кикабидзе». Гасан  про себя подумал: « Сопромат  сдавать было гораздо легче! Черт возьми, ну почему я, если даже знаю такие тосты, сегодня, в первый же день знакомства с вами, должен произносить их?  Какой-то сложный экзамен они мне  устроили!»
       Выпитая рюмочка «Наполеона»  уменьшила градус его внутреннего напряжения.    Гасану, первый раз за день, удалось включить свои мозги. Он увидел, что здесь все заняты демонстрацией себя, своего бакинского образа жизни и поиском в «потенциальном женихе» чего-то такого, что только им и богу известно. Правда было одно исключение,  дядя Гаджи. Его жалкие попытки по спасению Гасана, тонули под напором действий остальной массы.  «Эти люди, вряд ли способны  оторваться от своего видения мира  и, хоть на минуту, посмотреть на него глазами другого человека», – подумал Гасан. Он понял, что в этой среде свои твердые внутренние порядки. А ему самому, если он вздумает когда-нибудь войти в этот круг, придется основательно измениться. (В этом месте он вспомнил про свой первый промах – цветы!) Но, он не видел в этом необходимости, так как на данный момент не было ни большой любви, ни великой цели, ради которых можно было на это идти.
После этого  он успокоился окончательно и перестал остро реагировать на происходящее. Он, даже, перестал считать свои промахи! Остаток времени до вечера  Гасан провел абсолютно раскованно, с кем-то шутил, кому-то рассказывал анекдоты, с кем-то танцевал….  Уходя, еще раз поблагодарил за прекрасный вечер, попрощался с дядями – персонально, а с остальными - общим кивком и приятной улыбкой.
       Вечером он сел в поезд Баку – Ростов и уехал в Махачкалу для решения вопросов, о которых он говорил отцу.
       Гасан вернулся в село через неделю. Его встретила мама, обняла и спросила, как он съездил в Баку. На что он ответил, что он до Баку еще не добрался, а пока успел только махачкалинские проблемы решить. Когда он спросил про отца, она сказала, что  Бекир на днях хочет собрать урожай картошки,а сейчас  пошел проверить состояние посадки.  Переодеваясь в комнате перед зеркалом, Гасан заметил какой-то запечатанный конверт, у которого вместо адреса получателя были написаны три интригующие буквы К.Г.Б.  Еще, когда он учился в школе, его дразнили этой «аббревиатурой», выступающей одновременно в роли его  инициалов.  Воспоминания о школьных годах  ему всегда были в радость. Он спросил у мамы про конверт. Она ответила, что кто-то им в последнее время подбрасывает такие конверты. «Их много, посмотри в тумбочке под зеркалом», – сказала она. Гасан открыл тумбочку и достал несколько подобных  конвертов. Вскрыв один из них, он обнаружил внутри листок с нарисованным от руки   ландышем. Во втором - другой цветок - мимоза. В остальных – мак, роза, василек, фиалка. Гасан задумался, он понял, что кто-то присылает ему зашифрованное послание. Он стал группировать картинки и отгадывать как ребус. Ничего вразумительного у него не получилось. Дня два он ходил в раздумьях, кто же ему, мужчине столько разных цветов прислал. Если бы он был девочкой, еще можно было бы понять…  Мысли о картинках не покидали его ни на минуту. Он стал гулять в разных местах, в надежде, что кто-то раскроется. Даже ходил по тропинке к сельскому роднику, где  девочки в пестрых платках ходят за водой, но ничего такого, за что зацепилось бы его внимание,  он не заметил. Придя домой, опять переставлял картинки. И вдруг, он вспомнил похожую считалочку из детства
                 Роза, береза, фиалка, мак, ландыш, кыркыш.

        Когда собирались соседские дети и играли в прятки, а он был старше многих из них,  этой  считалкой выбирали водящего. Им становился тот, кому попадало слово «кыркыш», смысл которого он до  сих пор так и не знает.  Иногда в этот ряд добавляли еще названия цветов кашка и мимоза (вместо березы).
       На следующий день  Гасан собрался помочь отцу  копать картошку. У них на двоих оказалась одна лопата, и  тогда он решил попросить еще одну у Махмуда, соседа. Когда он  постучался,  из глубины дома кто-то отозвался, и на пороге  показалась  девушка, красавица с длинной косой и  розовыми щечками. Он хотел попросить у нее лопату, но от неожиданности голос его прозвучал как-то не так. Она взглянула ему в глаза,  покраснела, отвернулась и быстро пошла за лопатой.    « Вот это да! - подумал Гасан, - Никогда бы не подумал, что наша Беневша (Фиалка) выросла такой красавицей…»  Пока он здесь размышлял, она вернулась и вручила ему лопату. А сама, краснея пуще прежнего, быстро отвернулась и ушла.  Он взял лопату и пошел, но его мысли были в другом месте. «Такая красавица. Сколько же ей лет? Наверное, уже выпускной класс…» - повторял он про себя.
       Урожай картошки в этом году был отменный, работы  было не на один день. Откапывая и складывая ее в мешки, он не чувствовал усталости, потому что мысли его были заняты то таинственными конвертами, то соседской девушкой. Он думал над тем, как  узнать, от кого эти конверты. «А если окажется, что это не она?» - эта мысль его невольно напугала. Он усмехнулся, до него вдруг дошло, как сильно ему хочется, чтобы это была именно она!  Ближе к обеду, отец ушел домой, а Гасан немного отстал от него. Он пошел на луг, собрал охапку цветов и  сделал из них красивый букет. Затем спрятал его в овраге, так, чтобы цветы кончиками касались воды.                                                                                            
       Придя домой, он перед зеркалом увидел очередной конверт. В нем картинок не было, зато были  стихи:
                          Роза, мимоза, мак, василек,
                       Ландыш, фиалка – душистый цветок
                           Эти цветочки из моего сада
                         Все обо мне расскажут как надо!

      Гасан  решил поддержать игру в слова и написал  ответ:

         Ты –Роза, я –береза, ты- фиалка, я -  мак, ты- ландыш, я –кыркыш!.
                Раз, два, три, четыре, пять! Я иду искать!
                            Кто не спрятался я не виноват!...
                         Я тебя нашел – ты Фиалка!  Вы-хо-ди!

       После работы  он пошел к соседям. Он не постучался к ним, а просто  поставил лопату за калиткой, а конверт - на лестницу.…
Следующий день был субботой, соседка с младшим братом пришли помогать собирать картошку. Чудесный букет из альпийских цветов, приготовленный еще со вчерашнего дня Гасаном, ждал Беневшу. Это был ответ на  дерзкое и справедливое замечание  маленькой бакинки.
       Вечером, когда все собрались дома, Гасан с хитрой улыбкой сказал  родителям: « По-моему, когда  разбирались с тухумами моих потенциальных невест, вы кого – то пропустили. Придется еще раз  пройтись по ним!»
Весь следующий год  они прожили как жених и засватанная невеста. Он уже работал, она заканчивала школу. Они переписывались, регулярно звонили друг  другу и иногда встречались, то в Махачкале, то в селе под бдительным присмотром старших.  Этот год обогатил мир Гасана густыми красками, сделал его жизнь осмысленной и возвышенной, а для Беневши  - он стал годом исполнения ее  потаенных желаний,  подарил массу прекрасных чувств и эмоций.
       Летом состоялась свадьба Гасана и Беневши – дочери Махмуда, соседа Бекира. И вот уже много лет они живут счастливой жизнью, душа в душу…

  ...Порой наше счастье где-то рядом, а мы проходим мимо, ищем его в местах, имеющих к нему весьма отдаленное отношение.
Фото:

Еще раз про "Цуьквер Сувар"

Цуьквер Сувар Чепер Сува  

Мой учитель математики...

      Суровые послевоенные годы. Маленькие села, разбросанные по горам Южного Дагестана. Чем выше аул, тем острее чувствуется нехватка умеющих писать, читать и считать, а также тех, кто учит этому. Используется любая возможность для решения этих проблем. Двоих учеников – отличников, закончивших Джабинскую семилетку, отправляют учительствовать выше, в соседнее село - Ухул.  Одного – учителем русского языка и литературы,   другого – учителем математики.
Так началась трудовая биография моего учителя Алиева Али Усмановича, который учил нас математике в Джабинской СШ во второй половине 60х – начале 70х годов.

d2b5945446eb5bee1702a42b07e56012.jpg   Фото: Учительский коллектив Джабинской СШ, 1968 год, Али Усманович- слева первый, сидит.

     Али Усманович был невысокого роста, смотрелся худым, болезненным человеком. К этому времени, у него была большая семья, он стал отцом семерых детей. Чтобы их прокормить, ему приходилось целые дни проводить в школе, вести много уроков. К своей работе он относился с большим уважением, к каждому уроку готовился тщательно, его поурочные планы и конспекты состояли из толстых, сплошь исписанных общих тетрадей.  На занятиях он их, почти не открывал, хотя в них находились подробнейшие решения рассматриваемых задач. Каждый год он их писал заново, никогда не пользовался прошлогодними конспектами. Когда коллеги выразили непонимание этого, он в шутку возражал: смотрите на меня, я разве могу пахать в поле или пасти баранов в горах? Преподавать, учить детей – это единственное, на что я способен, вот поэтому и стараюсь! И смеялся долгим, прерывистым смехом. Кстати, почему-то ему никогда не бывало смешно от чужих шуток, но зато над своими - смеялся от души.
Коллеги его уважали, с некоторыми из них у него были доверительные, дружеские отношения. Иногда он казался скрытным человеком, на деле он просто не допускал в своих отношениях с окружающими излишнюю слабость или панибратство. Только в узком кругу близких друзей Али Усманович позволял себе расслабиться и раскрыться. Здесь он мог и сто грамм пропустить, и песенку спеть, и рассказать какой-нибудь прикол от своего большого семейства и до упаду смеяться с друзьями. Но особенное место в его жизни занимали регулярные прогулки с друзьями до Сирар и обратно. Сирар – это место за селом километрах в полтора от него, где открываются красивые виды на горы Шалбуздаг и Гетинкил, на Самурскую долину. Там располагалось единственное в округе большое поле, которым пользовались как площадкой для игры в футбол, волейбол, служило полигоном на уроках по вождению трактора и т.д.   Чтобы добраться туда, приходилось пройти мимо сельского родника и потратить прогулочным шагом минут двадцать. Пацаны по этому маршруту шли на Сирар играть футбол, более взрослая молодежь гуляла по нему, чтобы, проходя мимо родника, присмотреть себе невесту. А для Али Усмановича и его близких друзей - учителей прогулки до Сирар и обратно были как разрядка после тяжелого рабочего дня. По пути они обменивались новостями, говорили о науке, политике, ...
По отношению к ученикам он был довольно строгим учителем. Получить хорошую оценку у него было непросто. Для текущих отметок у него была своя система кодировки. Правда, дети ее давно расшифровали, но он упорно продолжал ею пользоваться. А контрольные он оценивал по стандартной пятибалльной системе.
...Январь 1968 года был холодным и снежным. В том году я учился в седьмом классе. На зимние каникулы поехал в Махачкалу погостить у родственников. Из-за морозов автобусы не регулярно ездили в районы, и я не смог вернуться вовремя. Пропустил занятия в школе, в том числе и по математике. Так получилось, что Али Усманович прошел с нашим классом новый раздел, и я попал на заключительную контрольную работу по нему. Естественно, никаких знаний по новой теме у меня не было. Но я досидел до конца урока, написал условия задач и, стараясь как-то выйти из положения, кое-как написал и сдал работу. На следующем занятии Али Усманович раздавая тетради, тут же, объявлял отметки. Когда очередь дошла до меня, он объявил, что я получил ...пятерку! Я чуть с парты не упал, какая там, к черту, пятерка. Тем более, от Али Усмановича. Здесь, хотя бы, тройку получить. А в это время, Али Усманович сделал паузу, окинул взглядом сидящих в классе, затем, глядя мне в глаза, громко добавил: авансом! И на фоне ничего не понимающего класса громко посмеялся своим стандартно - длинным и прерывистым смехом.  Затем отдал мне тетрадь, где красным цветом были вычеркнуты результаты моих жалких трудов, тем же цветом выписаны правильные решения всех задач, а снизу на меня «издевательски» смотрела большая и жирная пятерка... Мне ничего не осталось, как ближайшие несколько дней напрячься и изучить  пропущенный раздел. Учебники в то время были хорошие...
Со временем, в школу стали возвращаться выпускники, получившие высшее образование в столичных вузах. Али Усманович сокрушался, что, с его точки зрения, не самые лучшие ученики выбрали профессию учителя, старался присматриваться к работе молодых коллег и, по возможности, помогать им.
Но, к сожалению, жизнь во все вводит свои коррективы. Все чаще возраст Али Усмановича стал напоминать о себе. Он ушел на пенсию. Дети его тоже обзавелись семьями и разъехались, кто-куда. Старший сын, видя, что жизнь в окружении сельского быта для матери с отцом становится все более тяжелой, решил родителей забрать к себе в город. Но городскую жизнь Али Усманович решительно не принял. Он настоял на том, чтобы вернуться обратно в село. И вот, через год, на обратном пути, не успев доехать до селения, в районном центре Ахты, Али Усманович скончался...
Как позже рассказывал старший сын, незадолго до смерти он говорил, что многое отдал бы за то, чтобы еще раз пройтись по маршруту до Сирар в окружении своих друзей – учителей... Друзей, которых, по большей части не было к тому моменту в живых...  
Этим летом я побывал в селении, прошелся по любимому Али Усмановичем знаменитому джабинскому маршруту «школа – Сирар». Мощным потоком хлынули на меня сельские воспоминания. В этом потоке особым светом доброты и человечности выделялись воспоминания, связанные с Али Усмановичем. Ведь та самая жирная пятерка от него, несмотря на свою «незаслуженность», оказалась для меня   одним из самых дорогих в жизни подарков. Ибо, что может быть дороже, чем доверие, вера в тебя, исходящие от твоего учителя? А с другой стороны, она запустила во мне некий механизм, заставляющий критически относиться к своим результатам, всегда напоминающий о том, что пятерка–то  может оказаться незаслуженной.
Достойную жизнь прожил Али Усманович. Пусть Аллах упокоит его душу.


Фото:

Из Фейсбука...


       
     Есть личности в лезгинском сообществе, которые всемерно содействуют развитию и продвижению лезгинской тематики. Подводим определенные итоги анализа и оценки, и выводим на ваше обозрение ЛИЧНОСТИ, которые достойны уважения. Благодаря им сохраняется и прогрессирует дух народа. Оценка вещь субъективная.

Представляем первого из нашего списка, меценат и подвижник  Кадимов Мариф Джамединович


продолжение смотрите здесь ...

Гьуьрметлу Чепивияр!

         Гьа и йикъара  чи  гуьзел Алия вахаз Дагъустандин Президентдин указдалди "Дагъустандин     заслуженный артистка" лагьай т1вар ганва. Чна адаз и еке т1вар рик1ин ситкьидай мубаракзава,     вичихъ мадни еке агалкьунар хьуник чна умуд кутазва!  
                                 






Фото:

Расулан зегьмет ва адан къимет (гьикая).

      3e3f1005cfb041a08c52e401ac96ccf7.jpg  Расул къуьтуьл къилихрин, рик1е к1усни пехилвал авачир инсан тир. Адан рик1 аял вахтунлай шикилар ч1угунал алай. Ада вичиз кьилдин, юкьвал художнидин асул алат - мольбертни эцигна, кабинет туьк1уьрнавай. Расул и рекьяй академияр акьалт1ар ийиз агакьначт1ани, ада ч1угвазвай шикилар фикир желбдайбур тир. Амма хуьре адан гьевесдин бегьердиз рик1ивай къимет гуз жедай кас авачир. Я гафунин, я пулдин. Хуьруьн чкада четинвилелди гъилиз къвезвай кепекрин ч1ехи пайни гьа и рекьиз харж жез, Расулан дуланажахдихъни са артухвал авачир.
Къуншийрикай, танишрикай са бязибур гьалтай ч1авуз шикилриз ажаибдиз килигдай. Амма винелай абуру и к1валах Расулаз еке хатур ийизвайди хьиз, ам машгъул тир к1валах са акьван метлеб авайди туширди хьиз къалуриз алахъдай.
Расулан юлдаш Сунадин вилерай лагьайт1а, итим са гьихьтин ят1ани, парабур агакь тежер хьтин, гуьзел ва кьакьан гьиссерин иеси тирди, аквазвай. Ада и фикир, Расул шикилар ч1угунив гьикьван рик1ивай, гьихьтин ашкъидали эгеч1зават1а акваз, ийизвайди тир. Сунади и кар вичин адахлудал дамах ийидай артухан шарт1 яз кьазвай. Амма, адан кефи, хуьруьнбуру итимдиз ва адан зегьметриз гузвай къимет, ам саймишзавай къайда акваз, хазвай.
Лугьун лазим я хьи, эхиримжи вахтара, Расулан юлдашдин кефияр хкаждай тек-бир шарт1арни арадиз атун тавуна тушир. Расулаз кьве касди чпин ч1ехи бубайрин шикилар пулдихъ ч1угун заказнай, мадни райондин музейди Шалбуз дагъдин акунар алай са шикил маса къачуна. Амма, и гъвеч1и шарт1ариз, Расулан зегьмет халкьдив рик1ивай кьабул ийиз тадай, къуват авачир.
...Ингье са юкъуз Расул хуьруьнвидин мехъерикай т1имил кефли яз хтана. Сунади, Расулаз къуншидал яшамиш жезвай халу Селиман к1вализ Махачкъаладай адан ч1ехи стхадин руш Лейлини гъвеч1и хтул хтанвайди, хабар гана. Лейли са т1имил Расулалай яшариз ч1ехи тирт1ани, абур аял вахтара санал ч1ехи хьайибур тир. Расулаз ам вичин хайи вах кьван пара к1андай. «Ак1 ят1а, зун фида, халудални са кьил ч1угун хьурай, Лейли вахазни хвашгалди лугьуда» - и гафар лагьана, Расула Селиман к1вал галай патахъ камар къачуна.
Расул физвай рекьел, Селиман к1валив агакьаз мукьва, са пуд жегьил гада акъвазнавай. Сад абурукай школада урус ч1алан тарсар гузвай муаллим тир. «Гьик1 я чи Пиросмани? Сунадиз 100 яру къизилгуьлдин цуьк къачудай пул к1ват1 хьанвани ваз? Тахьайт1а вуна адаз айфондай Пугачевадин манияр кутазвани?» - хъуьрена ягьсуздаказ муаллим. Муаллимдиз килигна, адахъ галаз муькуь гадаярни хъуьрена. Амма Расула гадайрин вилерай кьат1айвал – абуруз я Пиросмани вуч кас ят1а, я муаллимди Пугачевадин гьи манидикай лугьузват1а хабар авачир. Расул вични хъуьрена, ягьанат кваз муаллимдиз килигна, амма са жавабни тагана, къвалалай эляч1на.
Селим к1вале авачир, рак халудин юлдашди, Расулан халусваса, ахъа авуна. Ада к1вализ хкаж хьун теклифна, амма Расула к1вале чимизва, ша чун гъенел ацукьин, лагьана. Гьа и арада к1валяй вичин биц1екдин гъил кьуна Лейли экъеч1на. Расул къарагъна, кам вилик вегьена Лейли чими рик1елди къужахламишна ва «Вун атуй, рагъ атуй, чан зи ч1ехи вах!» лагьана. Ахпа абур гъенел алай столдихъ ацукьна, юкь шуьк1уь истиканрай чай хъваз хуш эхтилатар авуна. Расула Лейлидихъ галаз аял вахтар рик1ел хкана, ахпа ам гъвеч1и аялдихъ галазни къугъвана.
И рик1ел хкунри Расулан гуьгьуьлар мадни гзаф ачухна. Сад лагьана, Расул, рик1ел са еке метлеб авай кар хтайди хьиз, к1вачел акьалтна. Ада вичин т1уб цавуз хкажна, дишегьлийрихъ элкъвена лагьана: «Куьне залай гъил къачу, зун исятда хкведа». Ада тади камаралди вичин к1вал галайвал гьерекатна. Са ц1уд декьикьадилай, вичи ч1угунвай са шикилдин багъламани гъиле аваз, хтана. Багълама ахъайна, шикил столдал эк1яна. Шикилдал, хуьруьн куьчеда къугъвазвай гъвеч1и аялрин са к1ерет1 алай.
Расула ачух, гьеле уьмуьрдин кит1ишривай гелер таз агакь тавунвай аялрин чинар, абурун вилери гузвай нур ахьтин рангаралди къалурнавай хьи, на лугьуда абур алай декьикьада и, Селим халудин гъенел, къугъвазва. Лейлидиз шикилдай гьасятда вич ва къуншийрин аялар чир хьана. Шикилдин таъсирдик кваз адан рик1ел са дертни авачиз гьалзавай вахтар - аял девирар хтана, мумкин я, са гьихьтин ят1ани кьилиз акъат тавур аялч1аван мурадарни галаз. Гьар гьик1 ят1ани, сад лагьана адан рик1 буш хьана, вилериз нагъв туьткьуьна...
Расула вичин патай и шикил Лейлидиз багъишзавайди лагьана. Лейлиди, вичин вилер тадиз ягълухдив михьна, лагьана: «Я чан стха, вуна икьван зегьмет ч1угуна, рик1 гутуна ч1угунвай шикил, за гьик1 кьабулда? Ша, вуна и шикилдин къимет вуч ят1а лагь, за ваз пул гуда». «Мад хьанач хьи, чан зи вах, за ваз и шикил рик1ин михьивилелди, пишкешзава!» - жаваб гана Расула.
И арада, вучиз ят1ани Селиман юлдашдин рик1ел, чеб ацукьнавай к1валин обояр - цла тунвай нехишар алай багьа чар, хтана. Ам са чкадилай къазана алатнавай, цлан къене авай к1ац аквазвай. Чар, гъвеч1и хтулди - хцин аялди, са гьафтедин вилик къуъвадайла, къазайди тир. Расула са шикил вичизни ганайт1а хъсан жедай, вичи ам а к1ац1 авай чка к1ев жедайвал алк1урдай - хиялна Селиман юлдашди. Ахпа ада Расулахъ элкъвена лагьана: «Чан хва, жечни вуна ви халусвасаз са шикил пишкеш авурт1а?»
Расулан чандик и арада акьван хвеш квай хьи, ам гьасятда рази хьана. Аквар гьалдай мехъерик хъивгьей виш граммдини и разивал гунин йигинвилик вичин пай кутуна. «Башуьсте!» - лагьана, Расула цавай физвайда хьиз, мад садра вичин к1вал галай патахъ тяди авуна.
Ада т1ебиатдин акунрикай ч1угунвай шикилрикай сад акъудна, багълама хьиз элкъуьрдайла, адавай Сунади шикилар гьиниз тухузват1а хабар кьуна. Расула вичи са шикил Лейлидиз пишкеш авурла, халусвасазни шикил к1ан хьайиди лагьана. «Завай адан хатур хаз хьанач, за и шикил адаз гуда» - лагьана Расула. «Килиг гьа, жуван зегьметдик ягьанат кутаз тамир! - жаваб гана Сунади. – Шикил, шикилдин къадир, къимет чидай касдиз гана к1анда!»
Са пуд югъ алатна. Экуьнахъ лап фад къарагъна Селимни Расул хуьруьн итимрихъ галаз векь ягъиз сувуз фена. Са герендилай Суна квар гваз булахдал фена. Хкведай рекье адаз Селиман к1валин вилик акъазнавай гъвеч1и машин акуна. Машиндин къвалав Селиман юлдаш, Лейли вичин биц1екни галаз, Махачкаладай хзанар хутахиз машин гваз хтанвай Лейлидин адахли гвай.
Машиндин вилик ац1ай квар гвай Суна экъеч1на, ада «квез хъсан рехъ хьурай, къуншияр» лагьана. Ахпа вичин къуьнихъ галай квар чилел эцигна. И арада Лейли Сунадин къвалав атана, къужахламишна, вичин патай Расул стхадиз пара кьадар сагърай лагь, ада гайи пишкеш вичиз дуьньядин паярай я, лагьана. Лейлидин итимди сумкаяр машинда эцигна. Шейъерин арадай Сунадин вил к1еви картондикай авунвай трубкада акьуна. Ахпа мугьманар авай машин астадаказ рекье гьат хъувуна.
Селиман юлдашни Суна са геренда эхтилатар давам хъийиз акъваз хъувуна. Ахпа Сунади мад вичин итимди гайи шикилрикай эхтилат куд хъувуна. «Эхь, чан вах, са шикил зани адавай т1алабна. Хтулди зи багьа обояр къазана, цла авай т1еквенар аквазвай. Мад заз ахьтин чарар гьинай гьат хъийида кьван? За, чан сагъ хьайи Расула гайи шикил, кнопкайралди кук1урна, гила т1еквенар аквазмач» - лагьана.
«Вуна кнопкайралди кук1урна лугьузвани? Ша чун килигин садра!»– садлагьана чиниз яру ранг акъатай Сунади. Ам тадиз гурарай хкаж хьана, шикил алай чка ахкуна. «Белки вуна таву к1валин цлакай рамкада туна куьрсар авунат1а лугьузвай за! Агь...Зи итимдин ашкъини зегьмет куь цла авай к1ац1ар к1еви авун патал яни мегер?» И гафар лугьуз – лугьуз Сунади мукъаятдаказ шикил цлакай хкудна, багълама хьиз к1ват1 хъувуна гурарай эвич1на. Ахпа кварни къуьнихъ ахгулдна, еке къадамралди к1вализ ахладна. Расулан халусвас лугьур-талгьур хьана, хиялрик кваз амукьна...
Са кьадар вахтар алатайла, Лейлиди, Расула гайи шикилдин копия интернетдай, Франция гьукуматдин художественный Академияди малумарнавай конкурсдиз, рекье туна. А конкурс, гьар йиса, чпиз пулдин такьатар авачир жегьил талантриз куьмек яз, тухузвайди я. Малум хьайивал, шикилдиз конкурсдин экспертри еке къимет гана. Расулаз 25 агъзур доллар пулни гана ва адан 20 шикил са вацран вахтунда чпин выставкайрин залда эцигдай мумкинвални. Рекьерин расходарни Франциядин гьукуматди вичел къачуна....
Ажаиб к1валах ам я хьи, эхиримжи йисара райондиз акъатзавай тек-бир туристри «Расулан к1вал – выставка» гьина ават1а хабар кьазва...
Жуван къвалав гвай инсандиз, адан зегьметдиз дикъетни ая, гьуьрметни. Белки адан зегьметдихъ гъеле дуьздал акъат тавунвай - са вич патал ваъ, хуьр патал ваъ, - вири дуьнья патал важиблу мумкинвал ава жеди?
Фото:

Вучиз Сеферал ч1ар къвезвач?


      Кимел кавалар галаз ацукьна, яшар хьанвай итимри ихтилатар ийизвай. Са  арадилай, абурун къвалавай салам гана, са пуд йикъан чуру квай,  бармакдин къеряхрилай ч1ар фенвай  са итим фена. Муса бубади, адан гуьгъуьнай килигиз - килигиз, къвалав гвайбурухъ элкъвена  «Я стхаяр, ц1уд йисалай гзаф я Сефера хпер хуьз. Адахъ галаз чубанвал ийиз эгеч1айбуруз  к1валер-къар, машинар ва пулар хьанва.  Бес и Сеферал «ч1ар мус къведа»? -  лагьана хабар кьуна.  «Къенин йикъалди адаз я к1вал авач, я хзан хьанач, гъайи свасни чара хьана хъфена. Вичини гагь са бригадирдихъ галаз, гагь масадахъ галаз чубанвал ийиз ава». - давамарна Муса бубади.
«Сефер, кьве йисуз, хпер маса гана  Худатай са паб ахкуна, гьана яшамиш хьана. Ахпа гьа пабни туна, элкъвена мад хуьруьз хтана. Бубайри лугьурвал - пара къекъвей чантада фу жедач!» - Али бубади вичин къарар  малумарна.
«Я стхаяр -  лагьана элкъвена Ягья муаллимди - гзаф вахтара итимдин агалкьунрин къадар-кьисмет хъсан хьун - са зегьмет ч1угунилай ваъ, адан хесетрилайни аслу я. Хъсан хесетар хьайила, ваз инсанрин арада гьуьрмет жеда. Мад квез чида хьи, - ацукьнавайбурулай вил аладарна муаллимди, - гьуьрметдилай еке девлет и дуьньяда авайди туш. Гьуьрмет хьайила ви бармакдин къеряхдал ч1арни жеда, лап алачиз хьайит1ани, а кардиз фикир гудай кас бажагьат жигъида. Амма са к1валах ава – гьуьрмет къазалмишун  хпер хуьнилай к1усни регьят к1валах туш».
«Гьуьрмет – давамарна  мадни Ягья муаллимди, -  инсанрин, хуьруьнвийрин ихтибарди арадал гъизвай шеъ я. Ихтибар – земзем булахдин  циз ухшар я – адан гьар са ст1ал багьа я. Са къапунавайди к1ват1ун, акун четин кар я, амма гъил геляна экъишун – регьят!»
«Са вад-ругуд йисан идалай вилик, Сефер гьеле жегьил чубан яз, - ихтилатдив  эгеч1на Халид буба, - Сеферан халуди адал са ихтибардин к1валах тапшурмишна: зулухъай, хпер Азербайджан патахъ, Мугъандин къишлахдиз тухудайла, ада вичин са кьар, гатфариз элкъвена хкведалди суьруьдик кутун минетна. Кьар са ни ят1ани халудив вахканвайди тир, гьайван яхун яз акуна, тук1уначир. «Башуьсте халу!»  -  лагьана, Сефера к1валах вичин хивез къачуна. Амма рекье, Билиждин ракьун рекьин станциядив агакьдалди, ял ягъиз акъвазай  са чкадал ада  халудин к1ел тук1уна, птулка эрякьни арадал акъудна, са гъвеч1и межлис туьк1уьрна. Галай юлдашриз, вичиз туьгьмет тавурай лагьана, гьайван вичинди туширди чирнач. Гатфарихъай  хуьруьз хтайла, Сефера халудиз, адан кьар п1ирел фейила тук1ун хьайиди, хабар гана. Халуди «Гьалал хьурай, чан хтул!» лагьана жаваб гана. Гьа иналди, адахъ халудин патай авай ихтибардин суьрсетни куьтягь хьана».
«Эхь, аквар гьалдай Сефер ихтибардин ст1алар к1ват1уник квачир,  са гьик1 ят1ани, вичиз хабар авачиз к1ват1 хьайи вад ст1алдин аявал тежер инсанрикай я.
Ихьтин инсандин я бармакдин къеряхдал, я  вичел «ч1ар атун»  мумкин к1валах туш» - лагьана Ягья муаллимди, ихтилат гьа инал акьалт1арна.

В селе Джаба восстановили разрушенный мост.